Стратегия реальности определяет нашу способность отличать сенсорно очевидные факты от иллюзий. По большому счёту, это первая терапевтическая стратегия из всего текста, что я до того написал.
Под Стратегией реальности мы будем понимать ментальные методы, которые мы используем для того, чтобы отличить сенсорно очевидные факты (СОФ) от ментальных артефактов (того что не существует в реальности: иллюзий, фантазий, внушений, самовнушений и т.п.).
Человек с нарушенной стратегий реальности становится «пограничником»: он балансирует между нормой и нарушением психики. Если он переходит эту границу, то он становится тем, кого мы называем умалишённым. Моя знакомая НЛП-психолог увлекалась ментальными стратегиями и заинтересовалась, как работает её собственная Стратегия реальности, и можно ли её нарушить. Будучи хорошим практиком, она потратила на взлом своей стратегии всего пару дней. Оказалось, что чувство потери реальности очень тягостно. Она не рассказывала мне подробностей, упомянула только, что прожила две недели адского кошмара и отчаяния, пытаясь восстановить свою стратегию реальности. В итоге и это у неё получилось. Повторять её опыт я не стал.
Когда я говорю о Стратегии реальности, речь не идёт о сложных механизмах человеческого восприятия, работа которых зачастую парадоксальна, что обуславливает возможность иллюзий восприятия. Например, наличие бинокулярного зрения даёт возможность создавать трёхмерные картинки и даже 3D-фильмы на двумерной плоскости. Также здесь не затрагивается тема галлюцинаций или гипнотических внушений, или искажений восприятия, того, что называется «показалось».
Стратегия реальности в классическом НЛП-смысле – это обычно неосознаваемая последовательность мысленных тестов и внутренних критериев, которую человек применяет для оценки реальности того или иного переживания или события, при их помощи он отличает реальность от фантазии. То есть стратегия реальности помогает нам понять, когда что-то существует или происходит объективно, снаружи нас или субъективно, внутри.
Человек получает информацию о внешнем мире посредством органов чувств. Полученная информация отражается, хранится, обрабатывается и вспоминается в сознании соответствующем виде: что мы видим – в виде изображения, что мы слышим – в виде звука и так далее. То есть информация отражается в соответствующем органу чувств канале восприятия, хранения и представления (в НЛП это называется модальностью). Понятно, что модальностей столько же, сколько органов чувств, но для упрощения в НЛП говорится о трёх основных системах: о визуальной (изображения), аудиальной (звуки) и кинестетической (ощущения, включая запах и вкус).
Субмодальность – конкретные параметры или характеристики информации в данной модальности. Например, в визуальной модальности могут быть следующие субмодальности: цвет, форма, размер, яркость, резкость, контрастность, подвижность-неподвижность, тон холодный или тёплый и другие. Субмодальности аудиальные – это громкость, тембр, ритм, скорость, высота звука, разборчивость и так далее. Примеры кинестетических субмодальностей: температура, вес, упругость, шероховатость, солёность, сладость, запах и тому подобное. Субмодальности имеют большое значение в стратегии реальности.
1. Элементы стратегии реальности. Что помогает нам отличить СОФ от собственных мыслей.
В основе Стратегии реальности (СР) лежит то, что субмодальности воспринимающихся вещей, сенсорно очевидных фактов (СОФ) отличаются от субмодальностей вещей воображаемых. Вот основные критерии СР, которые делают её прочной.
• Субмодальности. Качество восприятия (качество субмодальностей) в реальности выше. Сенсорно очевидные факты ярче, чётче, стабильнее, чем воображаемые.
o Комплексность. При восприятии одновременно задействованы все органы чувств и соответствующие репрезентативные системы (модальности): визуальная, аудиальная, кинестетическая (ВАК). Ментальные (воображаемые) образы обычно представляются только в одном канале ВАК. Если я скажу вам: «представьте себе яблоко», то, скорее всего, вы представите себе некое абстрактное яблоко чисто визуально. Если взять в руки реальное яблоко, то мы одновременно будем его видеть, ощущать его вес, температуру, гладкость поверхности, запах и сможем почувствовать его вкус и так далее.
o Чёткость. Все субмодальности СОФ более чёткие, чем субмодальности воображаемых фактов. Попробуйте услышать или представить себе вашу любимую песню. Вы будете примерно представлять её мелодию, слова, и тембр инструментов. Но воображаемая песня не заменит вам реальное прослушивание, она представится обрывочно, смутно. То же самое относится и к визуальному и к кинестетическому каналам.
o Стабильность. Реальный образ стабильный, а воображаемый изменяется. Память и воображение изменчивы, а материя – нет. Поэтому рисовать по памяти гораздо труднее, чем рисовать по фотографии, а играть по нотам проще, чем на память. Стабильность воображаемых образов требует длительных тренировок. Для хорошего запоминания приходится многократно повторять запоминаемый материал, но память и воображение никогда не будут так же стабильны, как сенсорно очевидные факты.
• Энергия. Затраты психической энергии при непосредственном восприятии реальности ниже, а затраты психической энергии при воспроизведении или воображении (генерации) выше. Чтобы что-то увидеть достаточно просто смотреть, чтобы услышать – просто слушать. Гораздо проще прочитать книгу, чем её написать.
o Затраты сил на создание иллюзии больше, чем на восприятие фактов. Восприятие тоже требует энергии. Это заметно, если немного затруднить человеку восприятие: пьяный или больной человек не может быть столь же внимательным, как трезвый и здоровый. Но воспроизведение (репрезентация) иллюзий требует заметно больше энергии, чем восприятие фактов. Двадцать минут ехать на велосипеде для психики проще, чем такое же время представлять себе это. Высокие затраты психики на ложь (воображение) являются основой работы полиграфа – детектора лжи. Полиграф регистрирует несколько физиологических параметров испытуемого: частота пульса, дыхания, электропроводимость кожи, движение (ёрзание). Во время лжи все параметры увеличиваются. Прохождение полиграфа – довольно тяжёлое испытание. Перед прохождением полиграфа испытуемый подписывает бумагу, что он чувствует себя здоровым, и у него нет проблем с сердцем.
o Затраты времени. Восприятие реальности (СОФ) требует мало времени, хотя органы чувств накладывают свои ограничения. Мы, например, не видим движений крыльев насекомых. Или бывает трудно прийти в себя после глубокого сна. Но формирование иллюзии занимает несравнимо больше времени. Чтобы что-то вообразить, необходимо сосредоточиться. Чтобы придумать себе фобию или сочинить повесть, требуется не один день. Даже для мелкой лжи необходимо взять паузу. Всё это – творческая работа мозга, а мозгу необходимо время.
• Жизненность. Правдоподобность сенсорно очевидных фактов выше, чем у иллюзий. СОФ включены в наш опыт с самого рождения, а иллюзии всегда оторваны от жизни вообще и личной биографии в частности.
o Контекст. СОФ сопровождаются подробной окружающей обстановкой. Любой факт, который вы воспринимаете, находится среди окружающих его объектов. Факт не может существовать отдельно, сам по себе. Если вы взяли в руки ваш мобильный телефон, то вы взяли его откуда-то. Иллюзии лишены контекста. А если нужно придумать что-то правдоподобное, например, историю или роман, то приходится придумывать и весь контекст.
o Цельность. Реальный образ цельный. Сенсорно очевидный факт не нужно конструировать из деталей, он «дается» нам целиком. Незнакомое явление будет обладать для вас новизной (состояние «жамевю», противоположное «дежавю»). Когда моя дочь, дитя севера, впервые увидела в Крыму свежий инжир, она была поражена его шершавой кожурой, тёмным цветом и «страшной», как она выразилась, мякотью. Инжир был объявлен «страшным фруктом», но спустя пару съеденных плодов снисходительно занесён в раздел любимых. Иллюзии же состоят из уже известных нам деталей. Так юноша не может мечтать об абстрактной девушке вообще. Его может задеть только конкретный образ, или образ синтетический, придуманный, собранный из деталей (глаза как у Иры, губы как у Насти и т.д.).
• Линия времени. Реальные факты и явления (СОФ) включены в нашу личную линию времени, личную историю, биографию. Они не могут просто возникнуть ниоткуда или исчезнуть никуда. Мы живём в течении времени, в мире причин и следствий.
o Непрерывность. Реальный факт или образ включён в хронологический ряд. Если вы нашли у себя в кармане фантик, то вы, скорее всего, вспомните, как он там оказался (конечно, если его вам не подбросили). Иллюзии же выключают нас из повседневного течения времени. Когда кто-то замечтался, то он уже «не здесь и не сейчас». Если непрерывность теряется, то приходится поволноваться на тему «выключили ли вы утюг». Такое выпадение из реальности может быть проявлением невроза.
o Память о возникновении факта. Фантазии включены в нашу линию времени так же, как и СОФ. Другими словами, пока мы помним, как у нас возникла та или иная иллюзия или фантазия, с нами всё в порядке. То есть моя история с голосом в голове (я приводил её во вступлении) не была психозом. Я вполне себе помнил, что сначала у меня появились навязчивые мысли, потом они усилились, а после «зазвучали». Я хорошо понимал, что это моя собственная фантазия.
o Первичность факта. СОФ всегда первичны относительно иллюзий и являются их первоосновой. Любая иллюзия имеет корни (причины появления) в реальности. Для возникновения страха, например, собак, когда человек боится собак, которые не проявляют агрессии, необходима фактическая причина фобии (немотивированного обстановкой страха). Если качественно провести диагностику, она найдётся (допустим, человека в детстве напугала собака). Потому для распутывания заблуждений полезно проследить историю их возникновения.
• Очевидность. Факты, если они существуют реально, независимо от нашей психики, настойчиво проявлены в этом мире, а иллюзии мимолётны. Потому говорят, что факты – вещь упрямая. Факты могут искажаться не на уровне восприятия (о чём данная глава), а на уровне индуктивных заключений (об этом – в главе Стратегия индуктивных заключений).
o Повторяемость. Сенсорно очевидный факт имеет свойство либо существовать непрерывно, либо проявляться регулярно. Например, ваш мобильный телефон не может то исчезать, то вновь появляться. Во сне же предметы могут вести себя, как им будет угодно. Кратковременные явления, типа молнии, будут происходить много раз в жизни. Иллюзии же необходимо специально лелеять, вкладывать в них энергию, чтобы сохранить их продолжительное существование.
o Интенсивность. СОФ проявлены сильнее, чем иллюзии. Невозможно оглохнуть от звука, который мы представили, в отличие от реального. Также сложно игнорировать реально существующий факт, который нас касается, он может мощно напомнить о себе, привлечь к себе наше внимание. Так школьные дети, сгоряча, заигравшись, набегают на столб в школьном коридоре. Столб проявляет себя интенсивно (в соответствии со скоростью набегания).
o Разница внутренних и внешних ощущений. Фишка сенсорно очевидных фактов в том, что они снаружи нас, и мы это чувствуем. Есть состояние задумчивости или, как говорят в НЛП, транса. Человек опускает или задирает голову, взгляд его затуманивается. Дыхание замедляется. Мы обращаемся внутрь себя. Когда мы воспринимаем внешний мир, мы смотрим на вещи прямо, тело при этом в тонусе. Конечно, мы чувствуем разницу между этими состояниями.
Возможно, я что-то пропустил из критериев, но перечисленного достаточно для хорошей работы Стратегии реальности. Чем больше одновременно задействовано критериев, тем труднее сломать Стратегию реальности или нарушить её работу.
2. Применение Стратегии реальности. Не давайте другим «свести себя с ума».
Благодаря набору субмодальных критериев, стратегия реальности работает автоматически и незаметно для нашего сознания. Но если эта стратегия неустойчива, то могут возникать проблемы с её применением. Моя близкая подруга пожаловалась мне на то, что она кажется себе глупой дурой, что странно при её двух (уже трёх) высших образованиях. Я провёл ей технику изменения качеств личности, но это не слишком помогло. Тогда я решил проверить её стратегию реальности. «Какого цвета холодильник?» – спросил я её (мы сидели на кухне). Как только она собралась ответить, я её перебил. «Любому очевидно, что холодильник бежевый», – надавил я (холодильник был белым). Замешательство и паника в её глазах подтвердили мне, что моё предположение насчёт СР верно.
Ярче всего применение стратегии реальности можно показать, когда она подвергается нападению. Кроме истории с холодильником можно в качества примера давления на СР привести фильм 1971 года «Я и другие», эпизод с пирамидками «Обе белые». Суть его в том, что психологи договорились с группой детей, что дети будут говорить на чёрную и белую пирамидки, что они обе белые. Подопытный ребёнок после того, как все дети в группе высказываются, отвечает на вопрос психолога, что да, пирамидки обе белые. На последующие расспросы, отчего ребёнок сказал так, когда пирамидки-то разные, ребёнок говорит «не знаю». Это было давление референтной группы на стратегию реальности, дяденьки. Чтобы отстоять свою СР не обязательно протестовать или ругаться, нужно просто быть уверенным в своей СР, твёрдо знать внутри себя, какого цвета пирамидка или холодильник как сенсорно очевидный факт.
Что же должно происходить при реакции здоровой СР на давление? После выявления давления, когда предъявляемые факты отличаются от воспринимаемых нами, мы делаем перепроверку. Она занимает около секунды. Мы сравниваем предлагаемые нам интерпретации фактов с нашей собственной базой данных (памятью) по этому поводу. Например, при утверждении о бежевом холодильнике мы обращаемся ко всему, что мы знаем о бежевом цвете. Далее сравниваем своё понимание бежевого цвета с предлагаемым. Вспоминаем всё, что мы знаем о белом цвете. Если базы данных никак не сочетаются, приходим к выводу, что нам морочат голову – холодильник белый. Ещё раз схематично.
1. Нам на словах предъявляют факт, отличающийся от того, что мы воспринимаем.
2. Делаем перепроверку воспринимаемого факта, подтверждает ли его предыдущий опыт.
3. Вспоминаем весь опыт по данному факту. Тут-то нам и пригодятся элементы (критерии) СР из первой части.
4. Подтверждаем свою (Логическую) реальность. На всё уходит секунды две-три.
Людей с крепкой СР трудно сбить с толку. Как говорил доктор Ливси из мультфильма «Остров сокровищ» 1988 года на вопрос пирата Билли Бонса «Где Чёрный Пёс?»: «Успокойтесь! Здесь нет никаких собак». Коротко замечу, что формой психологического насилия, направленного на разрушение СР является газлайтинг (когда злоумышленник намеренно воздействует на окружение жертвы, манипулируя предметами в реальности, заявляя той, что ей это только кажется).
Важнейшим условием хорошей работы стратегии реальности является установка на приоритет сенсорно очевидных фактов как над внешним давлением, так и над нашими собственными желаниями, заблуждениями, иллюзиями, даже если они очень заманчивые, дают нам чувство покоя или тешат наше эго. То есть мы должны придерживаться мнения, что лучше горькая правда, чем сладкая ложь. На самом деле мужество смотреть в лицо фактам оберегает наше эго от будущего катастрофического столкновения с Реальностью. Как говорил Шаман, герой книги Владимира Серкина «Хохот шамана»: «Человек не может вечно отгораживаться от мира. Мир всё равно прорвётся». Полюбите сенсорно очевидные факты, дайте им проявиться сквозь ваши перцептивные фильтры предубеждений и предрассудков, позвольте себе стать Следопытом.
Приоритет фактов не означает отказ от развлечений или эмоциональной жизни. Во-первых, реальность априори (ещё до того, как мы начали это проверять и доказывать) интересна, так как «всегда что-то происходит, не бывает обычных моментов». Во-вторых, никто вам не запретит мечтать и фантазировать. Сильный момент СР состоит в том, что вы должны осознавать, что вы делаете: находитесь в реальности (здесь и сейчас) или занимаетесь внутренним творчеством (там и тогда), и в каком состоянии находиться уместно в данном контексте. Иначе мы попадаем в ситуацию «счёта ворон» и «зевания», как набирающий эсэмэску пешеход на светофоре.
Обратите ваше внимание, что стратегия реальности не предполагает убеждения или переубеждения кого-либо в чём бы то ни было. Она является стратегией вашего личного, внутреннего пользования. О грамотном отражении нападений на Логику будет рассказано в части о логических границах (Л-3).
Признаки хорошей стратегии реальности. Ощущение удовольствия от того, что вы хорошо понимаете разницу между внутренней и внешней реальностью и легко оперируете как СОФ, так и субъективными представлениями, указывает на то, что с вашей стратегией реальности всё в порядке. Крепкая СР приводит к тому, что в вашей жизни будет меньше наивности, лжи, манипуляций, самообмана и повторения одних и тех же ошибок и больше уверенности и порядка.